 |
| |
 |
| |
 |
| |
 |
| |
 |
| |
 |
С а н - Ф р а н ц и с
к о
к о
Что бы почитать?
| Револьд БАНЧУКОВ (Германия) ПАРИЖСКАЯ ЛЮБОВЬ ВЛАДИМИРА МАЯКОВСКОГО Френсис дю Плесси Грей, известная американская писательница, дочь Татьяны Алексеевны Яковлевой, назвала свою мать "одной из двух муз Маяковского": из всех женщин, с которыми был близок поэт, только двум он отдал не только сердце, но и строки. Лиле Брик, первой и главной музе поэта, посвящены три поэмы Маяковского ("Флейта-позвоночник", "Люблю", "Про это"), многие строфы в стихах разных лет, две главы в поэме "Хорошо!" с признанием поэта: Если я чего написал, если чего сказал - тому виной глаза-небеса, любимой моей глаза. Те, кто знаком с историей взаимоотношений Маяковского и Л.Брик, знают, что любовь эта не была безмятежным и радостным праздником: уродливый треугольник (Лиля и Осип Брики и Маяковский долгое время жили в одной квартире как одна семья), властный и капризный нрав любимой женщины, несовместимость характеров Лили и Владимира, полная свобода в интимных привязанностях - вряд ли такая любовь, напоминающая плохую кардиограмму, устраивала поэта, в душе которого жила неизбывная тоска по настоящей любви, по семье: "Любви я заждался, мне 30 лет..." Вспомните неожиданно-грустную концовку стихотворения Маяковского "Мелкая философия на глубоких местах": Вот и жизнь пройдет, как прошли Азорские острова. Да, годы брали свое: ...мне ж, красавица, не двадцать, - тридцать... с хвостиком. Татьяна Яковлева "В то время Маяковскому нужна была любовь" (Э.Триоле), и Р.Якобсон помнит слова поэта о том, что "только большая, хорошая любовь может спасти" его. Последние два года жизни Маяковского, мир его личных переживаний и чувств связаны с именем Татьяны Яковлевой. За полтора с небольшим года до знакомства с Маяковским Т.Яковлева приехала из России в Париж по вызову дяди, художника А.Е.Яковлева. Двадцатидвухлетняя, красивая, высокая, длинноногая ("...вы и нам в Москве нужны, не хватает длинноногих" - читаем мы в "Письме Татьяне Яковлевой"), с выразительными глазами и яркими светящимися желтыми волосами, пловчиха и теннисистка, она, фатально неотразимая, обращала на себя внимание многих молодых и немолодых людей своего круга. В "Письме товарищу Кострову из Парижа о сущности любви" ее имя, фамилия не названы: Представьте: входит красавица в зал, в меха и бусы оправленная... Известный лингвист и филолог, давний друг Маяковского Роман Якобсон свидетельствует: "...тогдашняя мода - меха и бусы - ей очень к лицу". Это не к редактору "Комсомольской правды" Тарасу Кострову, а к Татьяне Яковлевой, "русской красавице парижской чеканки" (В.Шкловский), обращается поэт: Вы к Москве порвали нить. Годы - расстояние... Разговор "о сущности любви" продолжается в "Письме Татьяне Яковлевой", но адресат любви и стихов уже конкретно обозначен. Отметив, что не очень уж часты в русской поэзии подобного рода сюжетные сплетения, укажем на разную тональность этих стихотворений: "Письмо товарищу Кострову..." от начала до конца - органический сплав иронии и патетики, лишь в одной строфе: Не поймать меня на дряни, на прохожей паре чувств. Я ж навек любовью ранен - еле-еле волочусь - прорывается горечь и намек на личную трагедию; "Письмо Татьяне Яковлевой" все построено на трагедийных мотивах и нервных интонациях. Трудно пройти мимо резкого тематического и интонационного контраста в первых двух строфах этого удивительного стихотворения: В поцелуе рук ли, губ ли, в дрожи тела близких мне красный цвет моих республик тоже должен пламенеть. Я не люблю парижскую любовь: любую самочку шелками разукрасьте, потягиваясь, задремлю, сказав - тубо - собакам озверевшей страсти. Да и стихотворные размеры (в первой строфе - хорей, во второй - ямб) явно противостоят друг другу, а предпоследняя строфа: Ты не думай, щурясь просто из-под выпрямленных дуг. Иди сюда, иди на перекресток моих больших и неуклюжих рук, - словно не выдержав смыслового напряжения и волнения автора, разламывается надвое. Попробуйте зрительно представить вторую часть этой строфы. Перекресток рук? Чьих рук? Видимо, в объятии должны скреститься руки поэта и руки его любимой. Точно известен день знакомства - 25 октября 1928 года. Вспоминает Эльза Триоле - известная французская писательница, родная сестра Лили Брик: "Я познакомилась с Татьяной перед самым приездом Маяковского в Париж и сказала ей: "Да вы под рост Маяковскому". Так, из-за этого "под рост"1, для смеха, я и познакомила Володю с Татьяной. Маяковский же с первого взгляда в нее жестоко влюбился". Виктор Шкловский в своей работе "О Маяковском" пишет: "Рассказывали мне, что они были так похожи друг на друга, так подходили друг к другу, что люди в кафе благодарно улыбались при виде их". Художник В.И.Шухаев и его жена В.Ф.Шухаева, жившие в то время в Париже, пишут о том же: "Это была замечательная пара. Маяковский очень красивый, большой. Таня тоже красавица - высокая, стройная под стать ему". Через 21 день после отъезда Маяковского, 24 декабря 1928 года, Татьяна отправит письмо матери в Россию: "Он такой колоссальный и физически, и морально, что после него - буквально пустыня. Это первый человек, сумевший оставить в моей душе след..." Не стоит, однако, воспринимать ее слова как признание в любви к Маяковскому, ибо Р.Якобсон, комментируя первую публикацию "Письма Татьяне Яковлевой" в "Русском литературном архиве" (Нью-Йорк, 1956), сообщил со слов Т.Яковлевой: "Т-а встретила уклончиво уговоры Маяковского ехать женой его с ним в Москву, и на следующий день за обедом в ресторане Petite Chaumiere он прочел ей свои ночные стихи..." И еще одно обстоятельство настораживало Маяковского: он читает в русском обществе Парижа посвященные ей стихи - она недовольна, он хочет напечатать их - она не торопясь вносит полную ясность в отношения с поэтом, не дает согласия на это. Ее уклончивость и осторожность были восприняты Маяковским как замаскированный отказ. В стихотворении сказано об этом прямо и резко: Не хочешь? Оставайся и зимуй... Об этом же пишет и дочь Т.А.Яковлевой: "Среди многочисленных поклонников, отвергнутых ею, был известный советский поэт Владимир Маяковский..." Попытаемся объяснить причины отказа: во-первых, не так просто бросить налаженный и роскошный быт и уехать в большевистскую Россию; во- вторых, "в глубине души Татьяна знала, что Москва - это Лиля" (Э.Триоле), что "старая любовь не прошла" (В.Шкловский). Наталья Брюханенко помнит слова Маяковского: "Я люблю только Лилю". Татьяна Яковлева рассказывала Бенгту Янгфельдту, что в Париже Владимир все время говорил ей о Лиле; они, Владимир и Татьяна, вместе покупали Лиле подарки в парижских магазинах. Влюбившись не на шутку в Татьяну, он все время думал о другой женщине, о Лиле. Да и у Татьяны, кроме Маяковского, были свои сердечные привязанности: "У меня сейчас, - пишет она матери, - масса драм. Если бы я даже захотела быть с Маяковским, то что стало бы с Илей, и кроме него есть еще 2-ое. Заколдованный круг". Встречаясь с Маяковским, Татьяна поддерживала отношения со своим будущим мужем виконтом Бертраном дю Плесси. В орбите ее поклонников оказался и стареющий Шаляпин, на гастроли которого в Барселону, на два дня, укатила Татьяна - вся безудержный порыв и увлеченность. Теперь понятны строки из "Письма Татьяне Яковлевой" "слышу лишь свисточный спор поездов до Барселоны" и суть метафорической гиперболы ("ревность двигает горами"), которая далее - правда, несколько искусственно и наивно - приобретает политическую окраску: Я не сам, а я ревную за Советскую Россию. Такими же наивными (хотя и беспредельно искренними!) оказались и уже приведенное нами начало стихотворения, и его концовка: Я все равно тебя когда-нибудь возьму - одну или вдвоем с Парижем, - связанная с затаенной мечтой Маяковского о мировой революции, которая сотрет границы между Парижем и Москвой. Ох, правильно говорил Роман Якобсон, что Маяковский убивал в себе лирика ради политики... Больше месяца длилась их первая встреча. Перед отъездом Маяковский сделал заказ в парижской оранжерее - еженедельно посылать цветы по адресу любимой женщины. После отъезда поэта на имя Татьяны Яковлевой несколько лет шли цветы - цветы от Маяковского. Существует красивая легенда о грузинском художнике Пиросманишвили, осыпавшем любимую розами (Помните песню на стихи Андрея Вознесенского: "Жил был художник один..."). Но то легенда, а перед нами - прекрасная быль: И теперь - то ли первый снег, То ли дождь на стекле полосками - В дверь стучится к ней человек, Он с цветами от Маяковского. После отъезда Маяковского переписка, однако, продолжается. Она упрекает его в молчании, но в ее (да и в его!) письмах уже чувствуется какой- то холодок: видимо, Татьяна узнала о внезапно вспыхнувшем (может быть, из-за отчаяния и безысходностиы) увлечении Маяковского артисткой Вероникой Полонской. 5 октября 1929 года Маяковский отправил Татьяне Яковлевой последнее письмо. Я не верю, что поздней осенью 1929 года Маяковский, дескать, снова собирался в Париж, но ему было отказано в визе: ученые, работавшие в архивах, никаких документов на этот счет не нашли. Просто Маяковский передумал ехать. Зачем? Чтобы снова быть отвергнутым? Друг Маяковского Василий Каменский в письме к Любови Николаевне Орловой, матери Тани, высказал небезынтересное суждение об уходе поэта из жизни: "Одно ясно - Таня явилась одним из слагаемых общей суммы назревшей трагедии. Это мне известно от Володи: он долго не хотел верить в ее замужество. Полонская особой роли не играла". В дневниковых записях М.Я.Презента, найденных в архивах Кремля литературоведом Валентином Скорятиным, есть упоминание о том, что поэт рано утром 14 апреля 1930 года, за три часа до выстрела, поехал на телеграф и дал в Париж на имя Татьяны Яковлевой телеграмму: "Маяковский застрелился". Слухи? Легенда? Факт? Трудно сказать... Среди других "слагаемых общей суммы трагедии" - созревание в поэте "набатных" стихов, противостоящих государственной системе, режиму ("Я знаю силу слов я знаю слов набат/Они не те которым рукоплещут ложи/От слов таких срываются гроба/Шагать четверкою своих дубовых ножек" - текст воспроизведен по черновику Маяковского - без знаков препинания), травля со стороны партийно-литературной номенклатуры ("Устаешь отбиваться и отгрызаться"; "Бывает выбросят не напечатав не издав" - из черновиков), понимание несостоятельности тех идеалов, которым так долго и преданно служил он (Фазиль Искандер: "Видимо, понял, что дальше творить миф о революции нельзя. Игра проиграна. Платить нечем")2. Приведу слова, сказанные Маяковским Александру Довженко за два дня до рокового 14 апреля: "...то, что делается вокруг, - нестерпимо, невозможно". Воспроизведу также фрагмент из книги Ю.Борева "XX век в преданиях и анекдотах" (1996): Рассказывал Семен Липкин. Маяковский встретился в Ницце с художником Юрием Анненским и стал уговаривать его вернуться. Тот ответил: "В России сейчас такая обстановка, что я не смогу работать". Маяковский помолчал и сказал: "Я тоже не могу работать. То, что я пишу, давно не стихи". Так что вряд ли был прав Илья Сельвинский, считавший, что главная причина ухода Маяковского из жизни - неудачная любовь: И стало в поэзии жутко просторно, Точно вывезли широченный шкап, Из-за какой-то размолвки вздорной? Из-за неласкового ушка? Что же это, а? И ты как любой? Как же так мир перечеркнули бровки, Если ты, Владимир Маяковский - Революции первая любовь... Думаю, что в последний свой год Маяковский не раз обращался памятью к пастернаковской строфе о нем, Маяковском: Я знаю, ваш путь неподделен, Но как вас могло занести Под своды таких богаделен На искреннем вашем пути. К этому добавим надорванность, усталость, неверие в то, что семья может быть создана. И кто знает, быть может, строки из "Неоконченного" - отголоски несостоявшейся "парижской любви": Уже второй должно быть ты легла А может быть и у тебя такое Я не спешу и молниями телеграмм Мне незачем тебя будить и беспокоить "Письмо Татьяне Яковлевой" так и не увидело свет при жизни поэта, и этому "способствовали" Брики: Лиля и Осип блюли имидж советского поэта, а любовь к эмигрантке не вписывалась в их схему (первая публикация стихотворения в России появилась в #4 журнала "Новый мир" за 1956 год). У Михаила Суслова впоследствии возникли свои проблемы: через своего помощника Воронцова (об этом писал Рой Медведев в цикле статей "Они окружали Сталина") "серый кардинал" решал вопрос, "кого больше любил в конце 20-х годов Маяковский: Лилю Брик, которая была еврейкой, или русскую Татьяну Яковлеву, живущую в Париже". Как сложилась судьба Татьяны Яковлевой? Бертран де Плесси, муж Татьяны, организатор первой эскадрильи Свободных французских военно- воздушных сил де Голля, в июле 1941 года был сбит фашистской зенитной артиллерией над Средиземным морем. Впоследствии Т.Яковлева вышла замуж вторично и переехала в США. Умерла Т.А.Яковлева-Либерман в 1991 году. |
| Рассказики |
Shakespeare, sonnet #66 (and translations)
Tired with all these, for restful death I cry, - As to behold desert a beggar born, And needy nothing trimm'd in jollity, And purest faith unhappily forsworn, And gilded honour shamefully misplac'd, And maiden virtue rudely trumpeted, And right perfection wrongfully disgrac'd, And strength by limping sway disabled, And art made tongue-tied by autority, And folly (doctor-like) controlling skill, And simple truth miscall'd simplicity, And captive good attending captain ill: Tired with all these, from these would I be gone, Save that, to die, I leave my love alone. Переводы: Классический (Маршак) Зову я смерть. Мне видеть невтерпеж Достоинство, что просит подаянья, Над простотой глумящуюся ложь, Ничтожество в роскошном одеянье, И совершенству ложный приговор, И девственность, поруганную грубо, И неуместной почести позор, И мощь в плену у немощи беззубой, И прямоту, что глупостью слывет, И глупость в маске мудреца, пророка, И вдохновения зажатый рот, И праведность на службе у порока. Все мерзостно, что вижу я вокруг... Но как тебя покинуть, милый друг! Пастернак Измучась всем, я умереть хочу. Тоска смотреть, как мается бедняк, И как шутя живется богачу, И доверять, и попадать впросак, И наблюдать, как наглость лезет в свет, И честь девичья катится ко дну, И знать, что ходу совершенствам нет, И видеть мощь у немощи в плену, И вспоминать, что мысли заткнут рот, И разум сносит глупости хулу, И прямодушье простотой слывет, И доброта прислуживает злу. Измучась всем, не стал бы жить и дня, Да другу трудно будет без меня. (Еще перевод…) Когда ж я сдохну! До того достало, Что бабки оседают у жлобов, Что старики аскают по вокзалам, Что «православный» значит «бей жидов». Что побратались мент и бандюган, Что колесят шестерки в «шестисотых», Что в загс приходят по любви к деньгам, Что лег народ с восторгом под сексотов. Что делают бестселлер из говна, Что проходимец лепит монументы, Что музыкант играет паханам, Что учит жить быдляк интеллигента. Другой бы сдох к пятнадцати годам — А я вам пережить меня не дам. |
«Закóны Мёрфи» – популярные иронические правила, отражающие наблюдения бизнесменов за деловой жизнью; ЗМ могут цитироваться на переговорах, в различных ситуациях служебного общения, на пресс-конференциях и презентациях. Напр., такие афоризмы. Первый закон Мерфи. Если может случиться несколько неприятностей, они происходят в самой неблагоприятной последовательности. Следствие Фарнсдика: после поворота событий от плохого к худшему весь цикл повторяется. Расширение 3-его закона Мерфи, сделанное Гуттузо. Нет такой плохой ситуации, которая не могла бы стать хуже. Уотергейтский принцип. Тем, кто любит колбасу и уважает закон, не стоит видеть, как делается и то, и другое. Правила Хешайса: а) товар с этикеткой «новинка» или «улучшенная модель» таковым не является, б) этикетка «абсолютно новый товар» или «суперновинка» означает, что цена ползет вверх. Закон неразумного сохранения грязи. Чтобы одно отчистить, надо другое испачкать. Расширение Фримена: но можно испачкать все, ничего не отчистив. Закон зоопарков и музеев Джоунса. У самого интересного экспоната не бывает таблички с названием. Второй постулат большого пальца. Простая и приемлемая ложь полезней сложной и непонятной истины. Главный парадокс. Оптимист верит, что мы живем в лучшем из миров. Пессимист боится, что так оно и есть. Принципы производственника. В наборе инструментов не хватает именно того гаечного ключа, который нужен. Для выполнения большинства операций требуются три руки. Оставшиеся гайки никогда не подходят к оставшимся болтам. Неправильное цитирование закона Х. Л. Менкена Гроссманом. Сложные проблемы всегда имеют простые, легкие для понимания неправильные решения. |
Новая книга Ф. Воскобойникова
по психологии для всех «Вы
можете быть успешным... в
общении, бизнесе, руководстве»
по психологии для всех «Вы
можете быть успешным... в
общении, бизнесе, руководстве»
| Свежее переиздание "Оксфордского словаря современных цитат" дополнено рядом интересных новых статей, рисующих современность во всех ее красках и ракурсах. Перевод 75 цитат-афоризмов размещен на сайте Инопресса; приводим выборку из этой коллекции по своему вкусу. Кинки Фридман, американский певец и писатель: Я поддерживаю право геев заключать браки, так как полагаю, что они имеют право быть такими же несчастными, как и все мы. Дуглас Адамс, английский писатель: Время - это иллюзия. Время досуга - иллюзия вдвойне. Альфред Адлер, австрийский психолог: Воевать за свои принципы всегда легче, чем не отступаться от них в обычной жизни. Эдди Аркаро, американский жокей: Когда жокей уходит на пенсию, он превращается в обычного низкорослого дядьку. Ролан Барт, французский литературовед и литератор: Всякое порабощение начинается с запрещения языка. Конрад Блэк, британский бизнесмен канадского происхождения: С каких это пор алчность - уголовное преступление? Тони Блэр, экс-премьер-министр Великобритании: Я человек довольно-таки честный. Уоррен Баффет, американский бизнесмен: Лишь когда прилив сменяется отливом, выясняется, кто купался голышом. Билли Коннолли, шотландский комик: Если хочешь похудеть, не ешь ничего, что расфасовывается в ведерки. Элис Купер, американский певец: Я перерос те времена, когда писал песни о мировой скорби для молодняка. Теперь я скорблю, когда не могу поднять крышу моего Porsche и когда не могу снизить свой гандикап в гольфе. Филип К. Дик, американский писатель-фантаст: Реальность - это такая штука, которая никуда не девается после того, как ты перестаешь в нее верить. Джордж Истмен, американский бизнесмен: Богач никогда ничего не отдает по-настоящему - он только перераспределяет часть излишков. По-настоящему дают лишь люди умеренного достатка. Брайан Ино, британский музыкант и продюсер: Когда альбомы "Велвет Андерграунд" выходили впервые, их почти никто не покупал, но все, кто их купил, создали свои группы. Доун Френч, британская актриса: Если бы я жила во времена Рубенса, то прославилась бы в качестве модели, а Кейт Мосс служила бы кисточкой для рисования. Джон Пол Гетти, американский бизнесмен: Лучшая разновидность благотворительности, которая мне известна, это искусство находить деньги на зарплату работникам. Джеймс Голдсмит, британский финансист: Женясь на любовнице, ты создаешь вакантное рабочее место. Хьюберт Грегг, английский певец и автор песен: Судьба наделила меня феноменальной памятью, за исключением способности вспомнить, где я оставил зонтик. Вуди Гатри, американский фольк-певец: Не факт, что я настоящий коммунист, но я всю жизнь в долгах, как в шелках (в оригинале каламбур "in the red" - дословно: "в красном". Прим. ред.). Роберт Хайнлайн, американский писатель: Больше трех человек не могут договориться о том, в какое время ужинать, а уж тем более о том, когда нанести удар. Больше шести человек ничего не могут решить. Питер Джей, британский журналист и экономист, в прошлом дипломат: Чувствуешь себя, словно учитель географии, который показал Чингисхану карту мира (Джей утверждает, что разъяснил Маргарет Тэтчер, что такое монетаризм). Энн Ландерс, американская журналистка, автор колонки советов читателям: На каждой вечеринке люди всегда делятся на две категории: тех, кому хочется вернуться домой, и тех, кому не хочется. Беда в том, что первая категория обычно состоит в браке со второй. Линда Маккартни, американский фотограф и борец за права животных: Я не ем никаких существ, у которых есть лица. Эптон Синклер, американский писатель: Трудно заставить человека что-то понять, когда ему платят зарплату за то, чтобы он этого не понимал. |
Андрей Валентинов. Дезертир
http://www.fenzin.org/online/6805/1
Юкио Мисима. Исповедь маски
http://lib.ru/INPROZ/MISIMA/maska.txt
http://www.fenzin.org/online/6805/1
Юкио Мисима. Исповедь маски
http://lib.ru/INPROZ/MISIMA/maska.txt
Вадим Нестеров. Московиты
http://vad-nes.livejournal.com/377569.html
http://vad-nes.livejournal.com/377569.html
Балет Минкуса "Дон Кихот". > Балет Минкуса "Дон Кихот" уже бог знает сколько времени благополучно > идет на сцене питерского Мариинского театра. И вся история данного > балета на данной сцене распадается на два периода: период "до" > и период "после". >Период "до" характеризовался тем, что Дон Кихот и Санчо Панса > разъезжали по сцене соответственно на коне и на осле. И конь и осел > были живыми, настоящими, теплыми. >Период "после" характеризуется тем, что Дон Кихот и Санчо Панса > шляются по сцене пешком. Не славные идальго, а пилигримы какие-то. > Куда подевались конь и осел? Сдохли? Сожраны хищниками? > Версии таинственного исчезновения со сцены коня и осла плодились, как > грибы после дождя. Я же получил сведения о происшедшем от своего > родственника, который работал осветителем в Мариинском театре. Он > утверждает, что все было именно так. Не знаю. За что купил, как > говорится, за то и продаю. > Итак, душераздирающий случай, поделивший историю спектакля на "до" и > "после", произошел, кажется, в 1980 олимпийском году. До того дня на > каждое представление "Дон Кихота" из цирка выписывались хорошо > выдресированные, привыкшие к публике конь и осел. Но в тот злосчастный > день конь заболел. И администрация театра, совершенно не подумав о > последствиях, арендовала коня из какой-то конно-спортивной секции. > Тоже хорошо вышколенное животное. > Мда. Если бы только не одно но. Зверюга оказалась кобылой. Это > обнаружилось только тогда, когда уже звучала увертюра. Что-либо менять > было поздно. Вы когда-нибудь пробовали в чем-либо убедить возжелавшего > женской ласки осла? Легче научить таракана танцевать еврейские танцы. > В первом же совместном появлении на сцене Дон Кихота и Санчо Пансы > осел, почуяв свеженькую кобылку, безумно возбудился. Издав истошный > рев, он встал на дыбы, сбросив с себя Санчо. После этого из его > подбрюшья начало вылезать нечто неимоверное по своим размерам и очень > непристойное по своему внешнему виду. Осел начал забираться сзади на > кобылу, которая явно не возражала против того, чтобы произвести на > свет мула. Дон Кихот, почуяв атаку с тыла, проявил чудеса джигитовки и > каким-то диким прыжком слетел с седла. Санчо, спинным мозгом > почувствовав, что сейчас произойдет, начал тянуть осла за хвост. Но > проклятый ишак не сдавался. > К этому моменту он уже находился в нужном отверстии на теле кобылы и > работал с интенсивностью отбойного молотка. Откуда-то из зала раздался > истошный женский визг. Кто-то проорал "Закройте занавес!" Дирижер > механически продолжал размахивать руками, не отрывая глаз от > творящегося на сцене безумия. Оркестранты развернули головы на 180 > градусов и беззастенчиво пялились на сцену. Музыка издала пару > предсмертных тактов и тихо сдохла, сменившись полоумным гоготом, > доносившимся из оркестровой ямы. Пожарные начали раскатывать по сцене > рукава с целью образумить распоясавшегося осла с помощью воды. > В общем, занавес закрыли только минуты через две. В течение этих двух > минут на сцене прославленного Академического Театра имени Кирова > наблюдалось > следующее: Ишак с победным ревом дотрахивает томно прикрывшую глаза > кобылу. Санчо Панса тянет ишака за хвост, в результате чего вся сцена > смахивает на перетягивание каната. В углу сцены, схватившись за голову > и раскачиваясь из стороны в сторону, сидит на полу совершенно > обезумевший Дон Кихот. > Пожарные, изнемогая от хохота, раскатывают шланги, а из-за кулис > доносится вопль режиссера "Скорее, суки!!! Скорее!!!! Убью всех на > х..!!!" Из оркестровой ямы слышен уже даже не смех, а какое-то > бульканье. Дирижер, поддавшись всеобщему буйству, приплясывает на > своей подставке и откровенно болеет за осла. Наконец занавес > закрывается. Половина зала возмущается, треть (в основном старые девы) > лежат в обмороке, остальные требуют открыть занавес, поскольку они, > мол, заплатили деньги и имеют право все это досмотреть. > Все. На этом все и закончилось. На следующем представлении Дон Кихот и > Санчо ходили пешком. > Сколько голов полетело после этого злосчастного дня - неизвестно, |
Шапиро Максим Анатольевич: Уважение
культурных традиций
http://zhurnal.lib.ru/s/shapiro_m_a/uvkultr.
shtml
культурных традиций
http://zhurnal.lib.ru/s/shapiro_m_a/uvkultr.
shtml